"Разве вся земля не есть земля Бога?" - размышляет, бредя по улицам Иерусалима, выросший и постаревший Сашка Повзнер, герой картины "Подарок Сталину". "Бог все языки знает, но самое главное, чтобы слово шло от сердца, вот отсюда", - так когда-то учил 9-летнего сироту спасший и приютивший его путевой обходчик, казах Касым. Фильм "Подарок Сталину" (реж. Рустем Абдрашев, производство Казахстан - Россия - Израиль - Польша, 2008) завоевал приз зрительских симпатий на III Международном кинофестивале "Зеркало" имени Андрея Тарковского. Фестиваль проходил в Ивановской области в последнюю неделю мая.

Одна из главных нот фильма, перешедшая из сценария Павла Финна, - о том, что люди, находящиеся в абсолютно беззащитном положении и собранные вместе, ищут не того, что их разъединяет, а того, что объединяет. Спецпоселенцы в Казахстане 1949 года - разных вер и национальностей - поддерживают и помогают друг другу выживать на фоне необычайного цинизма внешних условий. Пресловутая дружба народов находит здесь неожиданное, непарадное прочтение. Титр картины сообщает, что за период с 1930 по 1949 год в Казахстан были депортированы более 200 тыс. человек, и далее перечисление 17 народов в алфавитном порядке: от армян, греков и евреев до корейцев, турок-месхетинцев и чеченцев.

Герои живут неподалеку от секретного объекта - Семипалатинского полигона. В стране идет подготовка к празднованию 70-летнего юбилея Сталина, и по такому случаю объявлен конкурс на лучший подарок вождю. Но главным подарком станет первое в СССР испытание атомной бомбы 29 августа 1949 года. Персонажи ленты - мусульмане Касым и Фаты, православная Верка и католик Ежи - сложат кости на одном кладбище, а уцелевший Сашка Повзнер десятилетия спустя вернется в станционный поселок посреди степи, чтобы назвать казаха Касыма отцом и произнести у его мусульманского надгробия иудейскую молитву, читаемую в память о родителях.

Прошлое, по определению авторов картины, необходимо принять со смирением как единственную бесценную, подаренную тебе жизнь.

Тема переживания прошлого по-иному звучит в фильме "Томас" (производство Финляндия, 2008), взявшем на фестивале "Зеркало" приз за режиссуру. Это картина о 83-летнем старике - всеобъемлюще одиноком, о котором лишь в самом конце становится известно, что он врач, совершивший эвтаназию.

Словно в режиме реального времени зритель наблюдает за сумерками его ничем не примечательной повседневной жизни. Похоже, Томас уже не способен любить никого: его словесная перепалка с братом оборачивается смертельным приступом для собеседника, случайная встреча с брошенной, по всей видимости, когда-то дочерью оставляет у обоих лишь горький осадок. Герой символично дарит пришедшему к нему юному скауту чучело филина. "Зачем он мне?", - удивляется малыш, который из вежливости возьмет подарок, чтобы донести его до ближайшей помойки. Действительно, зачем ребенку - воплощению жизни - мертвая птица, сохраняющая видимость живой?

Как память о том, что любовь была в жизни Томаса - фотография жены в его полуподвальном жилище. Но выясняется, что и эта любовь была своеобразной - Томас, в бытность доктором, ускорил уход из жизни своей супруги, страдавшей от тяжелой болезни. Судья, который много лет назад вел дело Томаса об эвтаназии и которого старик сейчас повстречал на скамье в парке, напоминает своему бывшему подсудимому страницу прошлого, о которой тот думал, что она перевернута. Судья снова указывает Томасу, что тот дерзнул взять на себя функцию Бога. "Где был Бог, когда моя жена страдала?" - бросает Томас судье. В этой фразе отражен вызов современного общества Христу. Стремление во что бы то ни было избежать страданий, взгляд на собственные страдания как на бессмыслицу ведут к непониманию и неприятию Искупительной Жертвы.

Режиссер Миика Соини не проясняет своего отношения к эвтаназии - он лишь показывает течение жизни - в данном случае опустошенной жизни нераскаянного человека, до преклонных лет сохранившего уверенность в своем праве устраивать преждевременные встречи со смертью - как для других, так и для самого себя. Сквозной образ фильма - шахматы: мертвые фигуры, мертвые схемы. И если живых и ярких героев "Подарка Сталину" травили радиацией, то неприметный герой картины "Томас" сам себя травит бытовым газом.

Ирина Стовбыра